Тел.: (499) 268-81-73
15.04.2016
Понятию «производные наркотических средств и психотропных веществ» не место в уголовном праве

 

H.П Ведищев и Д.Ю, Гладышев анализируют и оценивают новеллы, внесенные постановлением Правительства РФ от 19 ноября 2012 г. № 1178. В связи с понятием «производные наркотических средств и психотропных веществ» авторы прогнозируют сложности, которые могут возникнуть у адвокатов (защитников) в применении нового законодательства при защите лица по уголовным делам, связанным с незаконным оборотом наркотиков.

В соответствии с антинаркотическими конвенциями Российской Федерацией был принят Федеральный закон от 8 января 1998 г. № З-ФЗ «О наркотических средствах и психотропных веществах», который установил право­вые основы государственной политики в сфере оборота наркотических средств, психотропных веществ и в обла­сти противодействия их незаконному обороту в целях охраны здоровья граждан, государственной и обще­ственной безопасности.Анализ наркоситуации в России и мире показывает, что количество употребляемых веществ, обладающих пси­хоактивными свойствами и способных вызывать зави­симость, неуклонно растет. Это связано как с появлени­ем новых веществ, обладающих наркогенным потенциа­лом, так и с выявлением этого потенциала у уже известных веществ.

В Законе даны определения основных понятий, ка­сающихся наркотических средств и их оборота в Рос­сийской Федерации. На основании Закона наркотические
средства, психотропные вещества и их прекурсоры вклю­чаются в Перечень наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации (утв. постановлением Правитель­ства РФ от 30 июня 1998 г. № 681; далее — Перечень), и в зависимости от принимаемых государством мер конт­роля вносятся в соответствующие Списки. При этом, реа­лизуя предоставленную антинаркотическими конвен­циями возможность принимать более строгие или суро­вые меры контроля, чем предусмотренные конвенциями, Правительством РФ в Перечень дополнительно внесены отдельные вещества и препараты.

Перечень постоянно пополняется новыми названиями наркотических средств и психотропных веществ, при­чем порядок его терминологического формирования не­однозначен. Так, к наркотическим средствам отнесены вещества, обозначенные понятиями, установленными меж­дународными правовыми актами, в частности антинаркотическими конвенциями (каннабис, лист кока, опий).
В Списке I Перечня присутствуют термины, содержа­ние которых характеризует способ изготовления (кустар­но- изготовленные препараты из эфедрина или препара­тов, содержащих эфедрин, экстракт маковой соломы, ацетилированный опий и др.). В то же время данные термины не указывают на вещества, обладающие наркотической активностью. Не определяя конкретного соединения или вещества, они указывают лишь на способ изготовления ка­кого-либо соединения из сильнодействующего вещества. Рассматриваемые термины не указывают на содержание в веществе наркотически активных компонентов.
маковая солома, кокаиновый куст, а также названия за­регистрированных лекарственных средств: таблетки «Код- терпин», «Алнагон», от кашля и др.).

Разъясняют содержание данных понятий методические рекомендации. Таким образом, документом, относящим вещество к наркотическому средству, выступают именно методические рекомендации, т.е. документ, процессуально нерегламентированный и имеющий рекоменда­тельный характер.

Список II Перечня содержит названия наркотических средств и психотропных веществ, оборот которых в Российской Федерации ограничен и в отношении которых устанавливаются меры контроля в соответствии с законодательством Российской Федерации и международны­ми договорами Российской Федерации. Наряду с химическими названиями активных веществ данный список со­держит торговые названия некоторых лекарственных препаратов, содержащих в своем составе наркотические средства и психотропные вещества (сомбревин, омно- пон, таблетки «Алнагон»).

Не подлежит сомнению, что в законотворческой дея­тельности и правоприменении важны ясность и точность использованных в законе понятий и терминов, а таюке еди­нообразное их толкование. Однако терминологическое единство не всегда достигается на практике, что приво­дит к недоразумениям, спорам, судебным ошибкам и т.п. Вместе с тем значительный рост количества совершенно новых наркотических средств сопровождается появлением лишь отдельных неполных, неконкретных и зача­стую не дающих возможности практической реализации методических рекомендаций для экспертов.

В изменившихся условиях деятельности эксперт за­частую остается один на один с неоднозначной эксперт­ной задачей. Достаточно часто отсутствие методических рекомендаций восполняется информационными письма­ми, лишь указывающими эксперту на необходимость формулирования какого-либо вывода без его обоснования.

Так, 30 октября 2010 г. постановлением Правительства РФ № 882 «О внесении изменений в некоторые акты Правительства Российской Федерации по вопросам, свя­занным с оборотом наркотических средств и психотроп­ных веществ» в постановление Правительства РФ от 30 июня 1998 г. № 681 были внесены изменения, согласно ко­торым в Список I наркотических средств были включе­ны также производные некоторых наркотических средств и психотропных веществ5. В дальнейшем термин «про­изводные» был использован в ряде постановлений Правительства РФ (от 7 июля 2011 г. № 540, от 6 октяб­ря 2011 г. № 2011 № 882, от 22 февраля 2012 г. №> 144, от 18 мая 2012 г. № 491, от 1 октября 2012 г. № 1003). Однако понятие «производные» в содержании данного нормативного акта не разъяснялось, в связи с чем появилось ин­формационное письмо ФСКН России «О производных наркотических средств». Согласно этому документу для решения вопроса об отнесении появляющихся в оборо­те так называемых «дизайнерских наркотиков» к про­изводным достаточно установить наличие в химической структуре исследуемого вещества «базовой» части мо­лекулы указанных наркотических средств или психот­ропных веществ, в которой один или несколько атомов во­дорода замещены на другие атомы (например, алкил-, алкенил-, галогеналкил-, арил-, ацил-, амино-, алкила- мино-, алкилтио-, алкилокси-, гидрокси- карбонильная группа). Для объективности отметим, что данное ин­формационное письмо не прошло юридическую оценку и регистрацию в Минюсте России, а является внутренним документом ФСКН России, поэтому его использование совершенно недопустимо при решении вопроса о при­влечении лица к уголовной ответственности.

Кроме того, предложенное толкование понятия «про­изводные» наркотических средств и психотропных ве­ществ позволяет эксперту считать наркотическими сред­ствами и психотропными веществами широкую группу ве­ществ, имеющих изменения в химической структуре в некоторой части, названной «базовой». При этом что та­кое «базовая часть» нигде не разъясняется.

На сегодняшний день уже имеют место заключения экспертов об отнесении некоторых веществ к наркоти­ческим средствам — производным JWH-018, JWH-122 и др. Выводы экспертов по уголовным делам звучат при­мерно следующим образом: «Согласно заключению су­дебно-химической экспертизы два комка пластического вещества, добровольно выданные Ш., являются нарко­тическими средствами — препаратами (смесями веществ): содержащими: 1 -нафталин-2-ил-2пирролидин-1 -ил пен­тан-1-он (нафирон), который является производным наркотического средства N-метилэфедрона; (Нафталин-1- ил) (1-(5-фторпентил)-1Н-индол-3-ил) метанон (AM- 2201), который является производным наркотического средства (Нафталин-1-ил) (1 -пентил-1 Н-индол-З-ил) метанон (JWH-018)»[3].

Вот и разбирайся как хочешь. Тут вам и «препарат», и «смесь», и «производное наркотическое средство», а в результате: за что судили — непонятно, и Верховный Суд РФ тоже не хочет разбираться. И таких приговоров по всей России вынесена уже не одна сотня. К сожалению, суды, в том числе Верховный Суд РФ, не пытаются вник­нуть в данную проблему, что в конечном счете и приво­дит к постановлению незаконных приговоров.

Правительством РФ было принято постановление от 19 ноября 2012 г. № 1178, которое дополнило примечания к Перечню п. 6 следующего содержания: «Производные наркотических средств и психотропных веществ являются веществами синтетического или естественного про­исхождения, которые не включены самостоятельными позициями в государственный реестр лекарственных средств или в настоящий перечень, химическая структу­ра которых образована заменой (формальным замеще­нием) одного или нескольких атомов водорода, галогенов и (или) гидроксильных групп в химической структуре соответствующего наркотического средства или психот­ропного вещества на иные одновалентные и (или) двух­валентные атомы или заместители (за исключением гид­роксильной и карбоксильной групп), суммарное количе­ство атомов углерода в которых не должно превышать количество атомов углерода в исходной химической струк­туре соответствующего наркотического средства или пси­хотропного вещества.

В случае если одно и тоже вещество может быть от­несено к производным нескольких наркотических средств или психотропных веществ, оно признается производ­ным наркотического средства или психотропного веще­ства, изменение химической структуры которого требу­ет введения наименьшего количества заместителей и ато­мов». На первый взгляд приведенная формулировка дает понятие «производные», однако с юридической точки зрения ее недостаточно, чтобы привлечь лицо к админи­стративной или уголовной ответственности, так как со­гласно вышеизложенной формулировке к «производным» следует отнести большой класс наркотических средств или психотропных веществ, которые не входят в Перечень.

Можно долго дискутировать по этому вопросу, но оче­видно, что никто не в состоянии дать точное химическое название всех производных веществ, поскольку на осно­вании закономерностей комбинаторики количество возможных вариаций производных веществ будет составлять число с двенадцатью нулями. Сложность сложившегося по­ложения вещей признает и ФСКН России. Сейчас ситуа­ция такова, что по факту наркотическим в нашей стране ве­щество признает эксперт, а не Правительство.

Между тем в соответствии с требованиями Пленума Верховного Суда РФ при рассмотрении дел о преступ­лениях, предметом которых являются наркотические сред­ства или психотропные вещества, а также растения либо их части, содержащие такие средства или вещества, су­дам надлежит руководствоваться именно постановлени­ем Правительства РФ от 7 февраля 2006 г. № 76 «Об

утверждении крупного и особо крупного размеров нар­котических средств и психотропных веществ, а также крупного и особо крупного размеров для растений, со­держащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические сред­ства или психотропные вещества, для целей статей 228, 228.1 и 229 Уголовного кодекса Российской Федерации» (в ред. постановления Правительства РФ от 27 ноября 2010 г. № 934), содержащим списки наркотических средств и пси­хотропных веществ, оборот которых в Российской Феде­рации запрещен в соответствии с законодательством и международными договорами Российской Федерации (список I) либо ограничен и в отношении которых уста­навливаются меры контроля в соответствии с законодательством и международными договорами Российской Федерации (список И), а также список психотропных веществ, оборот которых в Российской Федерации ограни­чен и в отношении которых допускается исключение некоторых мер контроля в соответствии с законодатель­ством и международными договорами Российской Федерации (список III).

Необходимо также учитывать решения Комиссии ООН о наркотических средствах по вопросу об отнесении новых веществ к наркотическим средствам и психотропным ве­ществам, принятые после издания Перечня наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подле­жащих контролю в Российской Федерации, утвержденно­го постановлением Правительства Российской Федерации от 30 июня 1998 г. № 681 (с последующими изменениями), согласно обязательствам Российской Федерации по анти- наркотическим конвенциям, стороной (участницей) Конвенций которых она является (ст. 3 Единой конвен­ции о наркотических средствах 1961 г., ст. 2 Конвенции о психотропных веществах 1971 г., ст. 12 Конвенции ООН о борьбе против незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ 1988 г.)10. Изменение наркоси­туации в стране не вызвало изменения методик, кото­рые были разработаны еще в 90-е г. прошлого столетия. В целом 73% методических рекомендаций по исследова­нию наркотических средств, психотропных или сильно- действующих веществ разработаны в 1993 — 1998 гг.”

Следует отметить, что отсутствие или несовершенство используемых экспертных методик является еще одной категорией ошибок методического характера при исследо­вании наркотических средств, психотропных или сильнодействующих веществ. Отмечается, например, отсутствие стержневых концепций, разобщенность, стихийность, эм­пирический уровень исследований в этой области.

Чтобы окончательно разъяснить эту проблему, целе­сообразно проанализировать положения нескольких законодательных актов.

В Федеральном законе «О наркотических средствах и психотропных веществах» в ст. 1 указаны следующие основные понятия:

«…наркотические средства — вещества синтетиче­ского или естественного происхождения, препараты, включенные в Перечень наркотических средств, психот­ропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контро­лю в Российской Федерации, в соответствии с законода­тельством Российской Федерации, международными до­говорами Российской Федерации, в том числе Единой конвенцией о наркотических средствах 1961 года;

психотропные вещества — вещества синтетическо­го или естественного происхождения, препараты, при­родные материалы, включенные в Перечень наркоти­ческих средств, психотропных веществ и их прекурсо­ров, подлежащих контролю в Российской Федерации, в соответствии с законодательством Российской Феде­рации, международными договорами Российской Федерации, в том числе Конвенцией о психотропных ве­ществах 1971 года…

аналоги наркотических средств и психотропных веществ — запрещенные для оборота в Российской Федерации вещества синтетического или естественного происхождения, не включенные в Перечень наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, под­лежащих контролю в Российской Федерации, химиче­ская структура и свойства которых сходны с химической

структурой и со свойствами наркотических средств и психотропных веществ, психоактивное действие кото­рых они воспроизводят…».

В статье 2 этого же Закона, имеющей название «Перечень наркотических средств, психотропных ве­ществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации» указывается:

«… 1. Наркотические средства, психотропные вещества и их прекурсоры, подлежащие контролю в Российской Федерации, включаются в Перечень наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, под­лежащих контролю в Российской Федерации (далее — Перечень), и в зависимости от применяемых государст­вом мер контроля вносятся в следующие списки:

список наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, оборот которых в Российской Федерации запрещен в соответствии с законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации (далее — Список I), за исключе­нием случаев, предусмотренных пунктами 1 и 5 статьи 14 настоящего Федерального закона;

список наркотических средств и психотропных ве­ществ, оборот которых в Российской Федерации огра­ничен и в отношении которых устанавливаются меры контроля в соответствии с законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации (далее — Список 11);

список психотропных веществ, оборот которых в Российской Федерации ограничен и в отношении которых допускается исключение некоторых мер контроля в со­ответствии с законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации (далее — Список III);

список прекурсоров, оборот которых в Российской Федерации ограничен и в отношении которых устанав­ливаются меры контроля в соответствии с законодатель­ством Российской Федерации и международными дого­ворами Российской Федерации (далее — Список IV), включающий:

таблицу прекурсоров, оборот которых в Российской Федерации ограничен и в отношении которых устанавливаются особые меры контроля (далее — Таблица I);

73 СЗ РФ. 2001. № 23. Cm. 2291.

таблицу прекурсоров, оборот которых в Российской Федерации ограничен и в отношении которых устанавливаются общие меры контроля (далее — Таблица II);

таблицу прекурсоров, оборот которых в Российской Федерации ограничен и в отношении которых допус­кается исключение некоторых мер контроля (далее — Таблица III)…».

В статье 3 «Правовая основа государственной судеб­но-экспертной деятельности» Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экс­пертной деятельности в Российской Федерации»  уста­новлено:

«Правовой основой государственной судебно-экс­пертной деятельности являются Конституция Российской Федерации, настоящий Федеральный закон, Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации, Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации, Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации, Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях, законодательство Российской Федера­ции о таможенном деле, Налоговый кодекс Российской Федерации, законодательство Российской Федерации о здравоохранении, другие федеральные законы, а также нормативные правовые акты федеральных органов ис­полнительной власти, регулирующие организацию и про­изводство судебной экспертизы».

В статье 4 этого же Закона, имеющей название «Принципы государственной судебно-экспертной дея­тельности», указывается:

«Государственная судебно-экспертная деятельность основывается на принципах законности, соблюдения прав и свобод человека и гражданина, прав юридиче­ского лица, а также независимости эксперта, объ­ективности, всесторонности и полноты исследований, проводимых с использованием современных достиже­ний науки и техники».

В статье 5 рассматриваемого Закона, названной «Соблюдение законности при осуществлении государст­венной судебно-экспертной деятельности», установлено:

«Государственная судебно-экспертная деятельность осуществляется при условии точного исполнения требо­ваний Конституции Российской Федерации и иных нор-

мативиых правовых актов, составляющих правовую ос­нову этой деятельности.

Нарушение закона при осуществлении судебно-экс­пертной деятельности недопустимо и влечет за собой ответственность, установленную законодательством Россий­ской Федерации».

Исходя из содержания указанных нормативных ак­тов, основываясь на принципах законности и специ­альных знаниях в области юриспруденции и химии, не­обходимо сделать следующие выводы.

Словосочетание «производные наркотических средств или психотропных веществ» не является ни списком, ни перечнем конкретных наименований наркотических средств и психотропных веществ, так как не перечис­ляет наркотические средства, психотропные вещества.

Пункт 6 примечаний к Перечню, утвержденный по­становлением Правительства РФ № 1178 от 19.11.2012 г. и процитированный нами выше, не является ни списком, ни перечнем конкретных наименований наркотических средств и психотропных веществ. В нем нет названий ни наркотических средств, ни психотропных веществ. По своей сути и содержанию он является ни чем иным, как правилом, установленным Правительством РФ осо­бым порядком, в соответствии с которым «вещества син­тетического или естественного происхождения, которые не включены самостоятельными позициями в государст­венный реестр лекарственных средств или в настоящий перечень», признаются производными наркотических средств и психотропных веществ.

Примечательно, что данное правило не устанавлива­ет порядок отнесения веществ к наркотическим сред­ствам и психотропным веществам.

Лицо, не обладающее специальными химическими знаниями, используя только знание русского языка, не мо­жет, пользуясь пунктом 6, составить перечень (список), конкретных наименований производных наркотических средств и психотропных веществ. Также оно не может установить наименование производного наркотического средства и психотропного вещества.

Основы химии, преподаваемые в общеобразователь­ной школе, которую заканчивает подавляющее боль­шинство граждан нашей страны, недостаточны для того, чтобы ее выпускник смог самостоятельно отнести веще­ство к производным наркотических средств и психот­ропных веществ. Для этого необходимые углубленные профессиональные знания в области органической химии и номенклатуры химических соединений.

Правительством РФ для составления наименований наркотических средств и психотропных веществ ис­пользована номенклатура (правила) ИЮПАК, которая разработана Международным союзом теоретической и прикладной химии (ИЮПАК) (ШРАС). Правила ИЮ­ПАК в полном объеме содержатся лишь в специальной хи­мической литературе. Следует отметить, что эти прави­ла достаточно сложны и вызывают трудности в приме­нении даже у специалистов. Главный недостаток правил в том, что они допускают некоторые разночтения в на­званиях веществ, так как сформулированы исходя из звучания названий на английском языке. Именно поэто­му каждой стране было предоставлено право менять и приспосабливать правила к особенностям своего языка. Отчасти так произошло и в России. Профессиональные химики знают, что при чтении специальной и научной ли­тературы могут встречаться несколько различающиеся по форме названия одного и того же вещества, например при пользовании алфавитным признаком, который су­щественно отличает русский текст от английского, или при расстановке цифр. Люди же, далекие от химии, при чте­нии таких текстов будут думать, что в них идет речь о со­вершенно разных по химическому составу веществах.

В связи с этим, как указывалось выше, лица, не обла­дающие специальными углубленными знаниями в хими­ческой науке, используя только знания русского языка, не в состоянии в силу своей некомпетентности определить круг веществ, относимых Правительством РФ к производ­ным наркотических средств и психотропных веществ.

Несколько слов о термине «производные» с точки зре­ния химии. Современными химиками профессиональный термин «производные» достаточно широко используется в научной практике. Его употребляют для того, чтобы избе­жать излишнего использования систематических химиче­ских названий, которые труднопроизносимы и громоздки при написании. При сравнении соединений какого-либо химического или физического свойства термин «про­изводные» используется с целью подчеркнуть сходство в строении рассматриваемых соединений.

В научной и технологической практике термин «хи­мические производные» употребляется в следующем контексте:

  • как функциональные производные (вещества, обла­дающие сходными химическими свойствахми);
  • как структурные производные (вещества, имею­щие одинаковый или сходные структурные фрагменты молекул);
  • как группу веществ, получаемых синтезом (пре­образованием) из одного и того же исходного вещества, обладающего сложным молекулярным строением.

Понятие «производные наркотических средств и пси­хотропных веществ», изложенное в постановлении Правительства РФ № 1178 от 19 ноября 2012 г., не осно­вано на базовых принципах химической науки и про­изводит формальное объединение веществ, кардинально различающихся не только по своей химической структу­ре, но и по функциональным химическим свойствам, по их биологическому действию. Такое объединение с точ­ки зрения химии, физики и биологии бессмысленно. Оно служит другой цели — упрощению процедуры признания веществ наркотиками, минуя стадию вынесения поста­новления Правительства РФ по этому вопросу, и суще­ственному расширению круга веществ, которые право­охранительные органы противозаконно считают контро­лируемыми (запрещенными или ограниченными в обороте). Давно пора Верховному Суду РФ и соответ­ствующим органам задуматься над этой проблемой.

 

Контактная информация об авторах:

Ведищев Николай Павлович, заведующий адвокат­ской конторой № 39 «Академическая» МГКА, кандидат юридических наук, почетный адвокат России.

Гладышев Дмитрий Юрьевич, судебный эксперт-хи­мик бюро независимой экспертизы «Версия», кандидат химических наук.